Поиск



Счетчики









А. Кемпинский. "Меланхолия"

Не все сигналы, принимаемые организмом и выходящие из него, доходят до сознания, поскольку существуют раздражители, действующие ниже порога чувствительности, которые затем ассимилируются нервной системой, но не активизируют ее деятельность в такой степени, чтобы вызвать реакцию сознания, несмотря на то, что определенным образом оказывают влияние на активность организма. Существуют также сигналы, которые формируются и передаются организмом в окружающую среду автоматически и не фиксируются сознанием, поскольку благодаря постоянному повторению и закреплению вызывают активность только части сигнальной системы необходимой для реализации данной функции и, таким образом, остаются за пределами сознания. С этим, между прочим, связано несовпадение того, что воспринимается окружением, и того, что в соответствии с субъективным восприятием передается в окружающую среду.

Окружение воспринимает прежде всего сигналы, которые передаются чаще всего, а значит, по большей мере автоматически. В то же время субъект испытывает ощущение, что в окружающую среду передаются прежде всего наиболее редкие и новые сигналы, требующие предельной мобилизации сигнальной системы, так как только они воспринимаются сознанием. Все, что воспринимается сознанием, происходит главным образом на границе между внешним и внутренним миром. Очевидно, что мы можем проследить за ходом наших мыслей, работой воображения, возникновением чувств и даже стараемся этими процессами управлять. Однако когда оказываемся в состоянии уяснить себе эти структуры, мы видим, что они уже давно существуют, а сам процесс их возникновения происходил за пределами нашего сознания.

То же самое относится и к катаболическим процессам. От определенных структур мы стараемся избавиться, то ли оставляя их вне нашего внимания, а затем — памяти, то ли делегируя их во внешний мир в форме того или иного акта. Попадая в «общий мир» функциональные структуры утрачивают свой индивидуальный характер и попадают в сферу действия законов окружающей среды.

Однако мы можем наблюдать, как наши функциональные структуры подвергаются разрушению, оказавшись в окружающей среде. Они подвергаются разрушению уже на этапе их создания, поскольку они должны соответствовать структурам обязательным для окружающей среды. Они разрушаются в ходе самого процесса их реализации (например, когда мы пытаемся придать нашей мысли соответствующую словесную форму). Они подвергаются деформации под влиянием естественных фильтров среды. Наконец, в ходе непрерывного информационного обмена мысли вытесняются в область памяти и там тоже частично подвергаются разрушению.

Большая часть функциональных структур гибнет в пределах собственного внутреннего мира, но и здесь процесс их разрушения нельзя назвать очевидным. Вначале они исчезают из поля сознания, их фрагменты появляются в сновидениях, влияют на формирование наших эмоциональных установок и основ поведения. В конце концов они, вероятно, подвергаются полному разрушению, так что их восстановление становится невозможным.

Функциональные структуры, требовавшие нашего полного внимания (например, в детстве), сегодня уже невозможно воссоздать, из их фрагментов сформировались новые структуры. Однако и мы уже не можем переживать и вести себя так, как малые дети. Такого рода ощущения и поведение можно вызвать в гипнотическом трансе. Данный факт несколько противоречит приведенной выше гипотезе о разрушении функциональных структур.

С другой стороны, трудно себе вообразить, что все то, что мы пережили в течение нашей жизни, будет сохраняться вечно и не подвергнется разрушению. Емкость центральной нервной системы как хранилища информационных записей в нашей памяти является колоссальной, тем не менее избыточная нагрузка на механизмы памяти сказалась бы отрицательно на оперативности и интенсивности информационного метаболизма. Кроме того, «неразрушаемость» функциональных структур пришла бы в противоречие с диалектикой процессов строительства и разрушения, то есть с принципами существования материи. В энергетическом метаболизме структурные элементы существуют крайне ограниченное время, тогда как сами структуры сохраняются в течение всей жизни организма, а если речь идет в генетическом плане, то даже дольше, чем жизнь отдельного индивида.

Рассматривая информационный метаболизм со стороны, то есть как нейрофизиологическое явление, можно обнаружить аналогичные (может быть даже меньшие) временные характеристики существования структурных элементов. Едва нервная клетка успевает в ответ на приходящие к ней сигналы сформировать ответный сигнал в бинарной форме (в соответствии с законом «все или ничего», или в двоичном коде «1 — 0», или «да — нет»), как этот сигнал уже начинает испытывать влияние энтропии, распространяясь по многим каналам и вызывая в различных местах реакции возбуждения или торможения. Процесс формирования сигнала и его диссипации* составляет десятые доли секунды. Зато при обмене информацией между анаболическими и катаболическими процессами ритм осцилляции намного слабее, чем при энергетическом обмене.

Относительной стабильностью отличаются в процессах информационного метаболизма пространственно-временные структуры, связанные с диссипацией сигналов возбуждения и торможения, но и они обычно быстро распадаются, поскольку не привлекаются с достаточной частотой к участию в процессах передачи сигналов нервной системы (в формировании коммуникаций). Степень их устойчивости, вероятно, может быть охарактеризована определенным градиентом, который в значительной степени обусловлен биологической значимостью данной структуры. Например, функциональные структуры, связанные с процессом письма, являются менее устойчивыми, чем структуры, связанные с приемом пищи. Нарушениями более устойчивых структур занимается неврология, а более подвижных структур — психиатрия.

Несомненно, намного труднее представить себе течение процессов информационного обмена с окружающей средой в субъективных аспектах этого явления. Наибольшие трудности связаны с определением, что является элементом, а что структурой, поскольку в ощущениях невозможно установить, что является, собственно говоря, элементом. То, что мы переживаем, как сам факт переживания, укладывается в сложную пространственно-временную иерархическую структуру. Попытки декомпозиции переживаний на отдельные элементы, такие как впечатления, предположения, мысли, чувства и т. д., являются искусственной классификацией и имеют значение только как способ, облегчающий анализ сложных явлений.

Каждое переживание представляет собой неповторимое и целостное явление. Исключение из него отдельных принципиальных элементов или части структур, связанных с другими переживаниями, просто невозможно. Однако каждый человек хотел бы свои переживания упорядочить, классифицировать, разбить на составные части, обнаружить следы старых переживаний и т. д.

Наши переживания постоянно меняются и никогда не повторяются. Случается, что человек с некоторым замешательством испытывает ощущение, что нечто подобное он уже пережил. В психопатологии это явление называют «deja vu» или «deja vecu». При повторении казалось бы совершенно одинаковых внешних ситуаций внутренние переживания никогда не повторяются. Изменчивость, таким образом, является принципиальным свойством внутреннего мира. Однако и в этой постоянной изменчивости можно обнаружить явно повторяющиеся темы, напоминающие своеобразную мелодию, благодаря чему внутренний мир приобретает определенный характер, имеет свою индивидуальную тематику, структуру и колорит. Однако отделить тематику переживаний от их структуры и колорита невозможно. Любое переживание должно рассматриваться как единое целое.

Примечания

* Диссипация — рассеивание энергии.

Связь между объективным и субъективным как аспект информационного метаболизма

Мы до сих пор еще не знаем как перебросить мостик между субъективным и объективным. Благодаря развитию нейрофизиологии и нейрохимии наши знания об информационном метаболизме с точки зрения объективности стали глубже, но мы по-прежнему не знаем, как их можно связать с нашими знаниями о субъективных аспектах информационного метаболизма. Мы пока не в состоянии даже приближенно понять, как из мозаики нервных импульсов формируются наши представления об окружающем мире и собственной личности, а также каким образом они приобретают форму переживаний.

<<   [1] ... [47] [48] [49] [50] [51] [52] [53] [54] [55] [56] [57] [58] ...  [105]  >>